Хотя мир устал от войн и кажется, что человечество должно было сделать выводы, реальность такова, что риск новых вооруженных конфликтов в ближайшие годы гораздо выше, чем принято думать. Уже в 2025 году два потенциальных «очага» вспыхнули по-настоящему: весной Индия и Пакистан обменялись ракетными ударами, а летом Израиль пошел войной на Иран из-за его ядерной программы. Но это лишь предвестники более серьезных потрясений: есть пять направлений, где новая война может начаться в любую минуту, пишет в статье для Politico журналист и историк Гаррет Графф, чья книга «Уотергейт: новая история» в прошлом году стала финалистом Пулитцеровской премии.
Индия и Пакистан
Первым в этом списке стоит противостояние Индии и Пакистана. Их конфликт длится десятилетиями начиная с раздела Британской Индии в 1947 году. С тех пор Кашмир остается территорией, за которую проливается кровь. У каждой стороны есть ядерный арсенал: примерно по 170−180 боеголовок.
Любая эскалация грозит превратиться в катастрофу, последствия которой выйдут далеко за пределы региона — ядерный обмен может вызвать климатические и продовольственные потрясения в Китае и других странах. Именно эта «короткая дистанция до ядерной кнопки» делает ситуацию особенно опасной: как только начинаются обстрелы военных объектов, у политиков почти не остается промежуточных шагов — сразу встает вопрос о применении самых радикальных средств.
И все же обе стороны понимают, что полномасштабная война не в их интересах: Индия сосредоточена на соперничестве с Китаем и экономическом росте, а Пакистан борется с внутренними мятежами и нестабильностью.
Тайвань
Второй большой риск — Тайвань. Китайское руководство во главе с Си Цзиньпином все настойчивее намекает, что «воссоединение» с островом неизбежно. В Пекине открыто говорят о готовности армии к возможному вторжению к 2027 году. Для Си вопрос Тайваня стал делом личного наследия: Гонконг уже под контролем, Тибет подчинен, но остров уходит все дальше, и момент для «решающего шага» может уплыть.
С военной точки зрения, операция по высадке на Тайване была бы одной из самых сложных в мировой истории, а у Китая нет свежего боевого опыта. Коррупция в армии, разногласия в руководстве плюс уроки российской войны в Украине заставляют Си действовать осторожнее. Однако даже без прямого вторжения Китай может задушить Тайвань экономически — перекрыв морские пути или устроив частичную блокаду.
Для США и их союзников это будет трудная дилемма: стоит ли рисковать авианосцами и тысячами жизней ради снятия «экономического карантина» с острова? В любом случае судьба Тайваня станет проверкой на то, кто определяет мировой порядок XXI века — Вашингтон или Пекин.
Страны Балтии
Третий возможный фронт — страны Балтии. Эстония, Латвия и Литва невелики по территории и населению, но они входят в НАТО, и именно это делает их особенно уязвимыми. Любая атака России там станет проверкой самой сути альянса: готов ли Запад реально защищать каждого участника.
Для Путина потенциальная атака на страны Балтии — это и попытка вернуть «утраченную империю», и удобный способ показать миру, что западные союзы ничего не стоят. Эксперт предполагает, что Москва может действовать там не «в лоб», а через гибридные методы: кибератаки, диверсии, провокации на границе — все то, что не сразу тянет на полноценное вторжение и не дает НАТО формального повода для применения пятой статьи альянса.
Но проблема в том, что ресурсы России уже сильно подорваны войной в Украине. Открыть второй фронт на Балтике Кремль сегодня вряд ли способен, хотя сам замысел — прощупывать слабые места альянса — вряд ли снят с повестки.
Индия и Китай
Четвертая потенциальная война может вспыхнуть на границе Индии и Китая. Территориальные споры здесь тянутся с колониальных времен, и хоть речь идет о малонаселенных горных районах, ставки велики: это вопрос престижа и влияния. В 2020 году уже была трагическая стычка в Гималаях, где солдаты обеих стран дрались буквально камнями и палками, и десятки погибли.
Главная проблема — отсутствие каналов связи и договоренностей, которые могли бы остановить эскалацию. Ни Москва, ни Вашингтон, ни Дели с Пекином не создали «горячих линий», как это делалось во времена холодной войны. Любое недоразумение может быстро обернуться кризисом.
Но в то же время ни Индия, ни Китай не заинтересованы в большой войне: у обеих стран слишком сильная зависимость от экономического роста. Китай уже сталкивается с демографическим спадом, а Индия стремится догнать развитые страны. Поэтому лидеры обеих сторон стараются балансировать: напряженность сохраняется, но до открытых боевых действий дело, скорее всего, не дойдет.
Корейский полуостров
Пятая и самая «долгоиграющая» угроза — Корея. Корейская война так и не была официально завершена, и почти 70 лет на полуострове сохраняется зыбкий мир. Между Севером и Югом находится демилитаризованная зона — одна из самых укрепленных границ мира, а вся столица Южной Кореи находится в зоне досягаемости артиллерии КНДР.
Пхеньян обладает ядерным оружием, но о его реальных возможностях известно мало. Экономика страны в упадке, население голодает, а власть держится на страхе и силе армии. Для Ким Чен Ына ядерный арсенал — гарантия личного выживания, своеобразная страховка от судьбы Каддафи или Хусейна. Если он почувствует угрозу режиму, возможны самые резкие шаги.
Но пока ситуация выглядит относительно стабильной: у Пхеньяна нет повода рисковать, а Вашингтон, несмотря на непредсказуемость нынешней администрации, пока демонстрирует готовность поддерживать статус-кво.