Осенью 2022-го доцент Карлового университета, историк-скориновед Илья Лемешкин написал статью для российского провластного журнала, в которой зашифровал антивоенную фразу. Редакторы издания ничего не заметили, материал опубликовали, а тираж разошелся по библиотекам. Ученый рассказал «Салідарнасці», в чем заключается его шифр.
На первый взгляд статья Илья Лемешкина «Сколько книг издал Ф. Скорина в Праге», посвященная выдающемуся интеллектуалу эпохи Возрождения, кажется безобидной.
Материал был написан доцентом в декабре 2022-го и 24 февраля, в годовщину начала полномасштабной войны в Украине, отправлен руководству МГИМО для последующей публикации. При этом ученый зашифровал в статье антивоенную фразу.
«Этим средством пользовались еще в Средневековье, чтобы скрыть авторство крамольного текста»
В статье, посвященной белорусскому первопечатнику и его книгам, Илья Лемешкин обратился к читателям на языке Скорины — в культурной манере XVI века. Тогда Франциск передавал свою текстовую экспрессию двумя способами: горизонтально, как это сегодня делают люди, и вертикально, с помощью акростиха — стихотворения, рассчитанного на зрительное восприятие, в котором начальные буквы строк, читающиеся сверху вниз, образуют слово на старобелорусском языке.
Материал состоит из 22 абзацев (отсылка к 2022 году, началу агрессии России против Украины), акростих — из двух инициалов в конце статьи и четырех лексем, которые вместе образуют два предложения: «Сдохни Путлер. Нет войне. И. Л».
— Акростих не придумал Франциск Скорина. Им пользовались еще в Средневековье, часто для того, чтобы скрыть авторство. Например, человек написал крамольный текст и не хотел быть замеченным.
Во времена Скорины ситуация уже поменялась: акростихом пользовались в качестве маркера, при помощи которого доказывали свою образованность. Задачи утаить авторство уже не было, наоборот, читатель XVI века искал акростихи в текстах. Скорина же первым использовал акростих в печатной книге у восточных славян.
Любопытно, что он работал в период, когда еще не было деления на белорусов и украинцев. Был единый народ — рутени. Это предки современных белорусов и украинцев, к этому народу причислял себя и Скорина. Принцип акростиха в равной мере является и украинским, и белорусским. Общее достояние, — рассказал Лемешкин.
«Сложно было написать текст, который бы не вызвал желание его редактировать»
В июне статья была размещена на сайте МГИМО. Несколько месяцев Илья Лемешкин ждал, пока печатный тираж будет разослан по библиотекам, чтобы потом российским властям пришлось попотеть, изымая журнал.
Своей публикацией автор хотел наказать малоизвестный журнал «Концепция: Философия, Религия, Культура», поддерживающий путинский режим. И рассказать о методе, с помощью которого возможно высказываться.
— В целом у меня были сомнения по поводу использования глагола «сдохни», это не мой стиль. Мне было бы приятнее сказать «сгинь». Но тут меньше букв и невозможно лексикализировать букву «ь», нет слов, которые на нее начинаются. Поэтому определенные ограничения были, но с придумыванием акростиха сложностей не возникло.
Намного сложнее было написать текст, который бы не вызывал подозрения и желания редактировать. Конечно, я боялся, что будут правки, тогда бы идея с акростихом могла рассыпаться. Претензий ко мне не возникло, хотя это очень простой акростих, который заметить легко.
На стадии верстки у меня были абсолютно наглые требования. Просил кое-где сократить, поправить, чтобы, например, абзац на другой странице был выше, потому что акростих должен легко читаться графически.
Все мои просьбы были удовлетворены: на одном развороте — «сдох», на втором — «ни. путлер», на третьем — «нет войне», на четвертом — «И.Л». Никто ничего не заметил, — рассказывает Илья Лемешкин.
Интересно, что главный редактор журнала Юрий Симонов не поинтересовался библиографией доцента, статью которого взял для публикации. Например, в Беларуси книга Ильи Лемешкина «Портрет Франциска Скорины» в январе 2022-го была изъята по приказу сверху из библиотек:
— Она была издана в конце 2020-го Институтом литовского языка и Пражским лингвистическим кружком. В ней отразили события в Беларуси, в предисловии сказали, что хотим поддержать академическое сообщество, которое оказалось в очень непростой ситуации.
В книге есть нелицеприятные для Лукашенко высказывания, речь идет об орденах Франциска Скорины. В ней был разрушен столп белорусской школьной дидактики.
В школе учителя рассказывают молодым людям, что на портрете Скорины рядом с ним изображена пчела, а в моей книге идет прямое доказательство, что это муха. Пчела же трактуется якобы как «трудолюбие», «дух коллективизма» — такая советская трактовка. Тут выясняется, что это неправда. И, конечно, создает определенные проблемы, — объясняет доцент.
«Видов акростихов огромное количество»
После публикации статьи доцент получил письмо из России от читателя, который отреагировал на его акростих.
— Человек его увидел и ответил мне таким же средством, поблагодарил за статью, — говорит Лемешкин.
Потом доцент стал думать, как получить от МГИМО авторские экземпляры:
— Решил сделать все их же руками. Когда статья была напечатана, я написал в посольство России в Праге, попросил экземпляры, а в благодарность предложил послать в МГИМО книги Пражского лингвистического кружка. Я собрал посылку, положил туда 22 книги (тоже неслучайно) «Портрета Франциска Скорины». Это была единственная возможность отправить в Россию книгу, запрещенную в Беларуси. Примерно через неделю мне доставили 10 экземпляров дипломатической почтой, а мои книги дошли до МГИМО.
Илья Лемешкин говорит, что «современных редакторов и цензоров не учат читать тексты вертикально»:
— Таким образом я хотел показать, напомнить читателям в России и в Беларуси, что существует изысканное средство. Оно помогает высказать позицию даже в условиях тоталитарного режима.
Видов акростихов огромное количество, спрятать их легко. А люди, которые обслуживают этот режим, не очень образованы, ленивы, делают то, что им скажут.
