Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Я пошутил». Спецпосланник Трампа Джон Коул — о своих словах про Беларусь
  2. Если у вас электрическое отопление жилья, в будущем это может обернуться финансовой ловушкой. Вот почему
  3. Врачи сказали беларусу, что ему осталось жить около двух недель. Рассказываем, как он использовал это драгоценное время
  4. «Второго мая посадила картошку, четвертого — посадили меня». Доцент вернулась из Польши помочь маме — и села за поддержку Украины
  5. В апреле заработает валютное ограничение. Оно затрагивает население
  6. Правительство вводит новшество, которое касается отдыха населения
  7. «Калийные удобрения из Беларуси должны идти через Литву». Джон Коул — о снятых с Минска санкциях
  8. «Там большое количество контактных лиц». В Солигорске проводят эпидрасследование в связи с заражением гепатитом С
  9. «Попробуй-ка меня побей прямо сейчас». Бывший сотрудник ГУБОПиК попал за решетку в отряд с политическими
  10. Заплатили 70 долларов. По госТВ заявляли о «сотрудниках», которые снимали марш на День Воли в Вильнюсе, — этих людей нашли
  11. «Подходы меняются». Почему посланник Трампа позволил себе рассказать непубличные детали переговоров с Лукашенко


MyFin.by

Антон пришел на завод по распределению в 2012-м на три миллиона неденоминированных рублей. Спустя 14 лет он — профи, которого дергают на работу даже с дня рождения. MyFin узнал, как технарь-универсал выбивает прибавки к зарплате, зачем в выходные реанимирует старое железо и почему не мечтает пересесть в кресло начальника.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото со страницы «Холдинг БМК: Новости» в Facebook
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото со страницы «Холдинг БМК: Новости» в Facebook

«Сижу по локоть в мазуте, а через час — пишу код за ноутбуком»

Антону 37 лет, он — ведущий инженер-электроник в райцентре. На завод он пришел по распределению и так и остался.

В своей работе он «универсальный солдат» и может до винтика разобрать любой этап запуска производства. Умеет работать и руками, и головой, одинаково крут в электронике, автоматике, гидравлике и механике.

— Мой рабочий день выглядит по-разному. Утром могу по пояс сидеть в мазуте, чтобы найти оборванный датчик. А после обеда за компьютером два часа отлаживать код контроллера, который управляет всей этой махиной.

Этот контраст — лучшая профилактика выгорания. Мозг отдыхает, пока работают руки, и наоборот. По уровню знаний и опыта Антон на заводе в топе. Если на производстве случается необъяснимый «затык», звонят ему.

— Бывало, присылали за мной машину, даже когда был на больничном или в разгаре празднования дня рождения.

Голый оклад — 1500, остальная сумма набегает надбавками

График у Антона на любителя — 12-часовые смены: день, ночь, отсыпной, выходной. Но это его осознанный выбор. Классическая пятидневка по восемь часов кажется ему невыносимо скучной.

С карьерой, говорит Антон, все сложно. Расти можно только в начальники, но это означает переход на ненавистную пятидневку. Поэтому единственный путь увеличить доход на месте — поднимать тему повышения зарплаты.

Когда на горизонте появляется предложение от частника или завода из соседнего региона с зарплатой повыше, Антон идет к руководству с железным аргументом: «Я хочу работать здесь, но там предлагают больше. Давайте договариваться». И завод договаривается.

Зарплата Антона — 4000 рублей, иногда чуть больше. При этом голый оклад всего 1500, остальная сумма набегает надбавками за стаж, сложность и ночные смены.

— В соцпакет входит страховка, профсоюзные конфеты и разовые выплаты к праздникам. К 23 февраля дали в этом году 135 рублей, к профессиональному празднику была материальная помощь в размере 420 рублей. К Новому году подкидывают сертификаты в магазины на 25−50 рублей.

«Главный минус — потолок по зарплате»

При распределении Антон мог выбирать из многих вариантов, но остановился на заводе поближе к родному городу. В 2012-м он получал 360 долларов. И, хоть сейчас ситуация с зарплатой гораздо веселее, мужчина уверен: за такой объем работы можно платить и больше.

Чтобы не зависеть от одного оклада, он берет подработку: модернизирует старые станки, устанавливая на них ЧПУ.

— На одном таком фрезерном или токарном станке можно заработать 2000−3000 рублей. На один станок уходит около недели — провести проводку, повесить датчики, собрать шкаф, заняться пуском и наладкой. По любому будут какие-то подводные камни, с которыми надо разобраться, чтобы отдать в руки человеку полностью работающий станок.

Работу Антон менять не собирается.

— Плюсы моей работы в том, что она всегда интересная и перспективная, потому что автоматизация будет везде и всегда на любом заводе — от производства туалетной бумаги до атомной электростанции.

Главный минус, по словам беларуса, потолок по зарплате. Ты можешь вкалывать и расти над собой бесконечно, но в какой-то момент зарплата просто перестает за тобой успевать.